Военкор: профессия или судьба

  
0


 

Часто меня просят прочитать лекции детям в школах, молодежи в ВУЗах и колледжах, на различных курсах. Одна из тематик – профессия военного журналиста.

 

Зачастую меня спрашивают, а как это – быть военным корреспондентом? Что должен уметь и знать военкор? Почему – то многие, особенно – подростки, воспринимают эту профессию с этаким налетом романтизма.

 

Военный корреспондент должен знать очень многое. И как оказать первую помощь пострадавшему. И как не стать обузой на передовой. И как зарядить телефон сломанным зарядным устройством. И как приготовить «кашу из топора», удержаться «на броне», что делать при артобстреле или снайперском огне, в какой одежде и обуви лучше ехать, что иметь с собой «на все случаи жизни», как не сломать, не разбить и не разрядить все свое оборудование.

 

Военный корреспондент должен уметь преодолевать страх и обладать хорошим чувством юмора. Ведь как бы ни было страшно, надо снимать и делать репортаж, чтобы показать правду людям о войне.

 

Военный корреспондент должен быть в чем – то циником. Иначе психологическая нагрузка, которая достигается за счет боли, крови, смерти, окружающей опасности – будет слишком сильна для человека…

 

Я всегда объясняю ребятам, что в съемках трупов – нет ничего романтичного. Что война – это не то, что они видят в современных фильмах, боевиках и сериалах. Это не бесконечная жизнь, где все можно поставить на паузу или вернуться к последнему сохранению. И что война – это не парады, чистая форма, медали и герои с одухотворёнными лицами. А окопы, грязь, запах пота, грязь, болезни, голод, ранения, крики и вопли раненых и — трупы. Расчлененные, распотрошенные, с торчащими внутренностями и незабываемым запахом трупной вони, которая будет преследовать еще долго после возвращения оттуда. И слезы. Слезы жен и матерей которым, приходится искать, опознавать и хоронить своих детей. Слезы отцов, которые седеют буквально на глазах. Слезы детей, на глазах которых гибнут их родители.

 

И понимая и ощущая всё это, военкор должен вопреки человеческой слабости и восприимчивости идти вслед военным, фиксировать вехи горячих дней, месяцев и лет. Также важнейшим аспектом является достоверность и вовлечённость. Если ты попал на фронт военкором, то должен окунуться во все сложности окопной жизни и передовой, пообщаться с бойцами, волонтерами, пожить среди мирных жителей.

 

Иначе твои материалы с мест будут обычной светской или парадной хроникой — без души и сопричастности.

 

Дым, кровь, крики, части тел, разлетающиеся в стороны… А военкор должен это фиксировать. И части тел, и похороны погибших, в том числе – детей, и слезы матерей пропавших без вести, и посеревшие лица раненых…

 

Как в свое время написала одна моя подруга: «Ты видела фотографию «Горловской Мадонны»? Погибшей матери с раскуроченными ногами, прижимающей грудное дитя, насквозь изрешеченное пулями? Ты уверена, что сможешь снимать подобное? А вот что ты будешь делать, когда перед тобой лежит человек, истекающий кровью? Бьётся в конвульсиях, неистово стонет или дико орёт, кровь хлещет из глотки. И никаких врачей, никаких санитаров. Только ты, умирающий человек и твоя камера, которой ты должна фиксировать процесс его умирания. Поможешь – запорешь сюжет. Нечего будет дать в эфир, продавать информационным агентствам. А если продолжишь снимать – он умрет на твоих глазах. Твои кадры облетят весь мир. Но ты станешь сопричастна его смерти, потому что когда он умирал, ты просто стояла и снимала! И ты перед выбором: или снять потрясающий сюжет про смерть человека на войне и всколыхнуть весь мир, либо же бросить камеру и сделать элементарную перевязку. Но тогда мир не увидит ужаса этой войны, а ты не выполнишь задачу как военкор».

 

И на этот вопрос я так и не смогла дать ответ. И, думаю, не смогу никогда.

 

Поэтому необходимо понимать весь риск и сложности этой профессии. И если не готов к лишениям, трудностям, столкновению с реальностью, болью, слезами и кровью — то военкором стать не сможешь.

 

Помимо этого, сказать, что потом легко перестроиться к гражданской жизни, тоже не могу. Военная журналистика обладает сильной энергетикой и требует определенной привычки к адреналину, риску, приучает быть на острие жизни.

 

Что ещё, вновь возвращаюсь к профессионализму военкора. В своей работе он должен совмещать как гуманитарные черты писателя/корреспондента/оператора, так и прикладные знания. А именно — уметь слушать, слышать и понимать людей. Будущему военному журналисту прежде всего надо быть заинтересованным выбранной стезёй и постоянно учиться, поскольку дипломов и степеней эта профессия не имеет. Отражённая фронтовая жизнь, истории вынужденных «гражданских» фронтовиков, обстоятельства и подноготная конфликтов — вот твои степени и регалии.

 

В заключение хочу сказать, что военкорами не рождаются, как не рождаются и инженерами, врачами или солдатами, но есть люди, обладающими крайне непоседливыми характерами, с повышенным желанием узнать раньше других события, мысли, чувства с мест.

 

Если ты опережаешь события и живёшь на острие пера и в объективе камеры — значит ты из нашей братии!

 

Присоединяйтесь к нам на нашем канале!

Ваш комментарий будет первым

Для того чтобы оставить комментарий, регистрация не требуется

Читайте также:

Чернобыль. Чтобы помнить Ярослав Правдолюбов Каждый, кто работал в Чернобыле, из огромного количества людей были единой командой, нацеленной на самые высокие задачи. С самоотдачей, ценой своей жизни и ценой собственного здоровья, они выполняли свою работу. Чтобы […] «ПРИЗВАНИЕ» Ярослав Правдолюбов 22 сентября в 13.00 в краеведческом музее в городе Вышний Волочек Тверской области состоится показ телевизионного сюжета съемочной группы «ANNA-News» о почетном настоятеле Богоявленского собора, протоиерее Василии Киричуке. […] Антикоррупционное ведомство Украины ждут реформы Влад Николаев В Верховной Раде проголосовали за изменение формы управления Национальным агентством по предотвращению коррупции (НАПК).   Соответствующий законопроект №1029 о внесении изменений в некоторые законодательные акты для […] «Камо Грядеши». Александр Бородай о том, куда идет Донбасс. Мария Коледа   Гражданская война на Донбассе продолжается уже более 5 лет. Новостные ресурсы все реже сообщают о сводках с полей этой невидимой войны. Информационное поле России, в погоне за рейтингами, упрямо не замечает борьбу за […] Трагедия 11 сентября – национальная катастрофа или спланированная акция Правительства США? Светлана Руденко У нас заканчивался рабочий день в редакции, когда главный редактор с вытаращенными от ужаса глазами вбежал в нашу комнату:   — Смотрите, — тыкал он пальцем в экран работавшего в углу телевизора, — […] Опубликованы переговоры убийц Хашкаджи Сергей Чернобай   Опубликованы стенограммы переговоров убийц саудовского журналиста Washington Post Джамаля Хашкаджи в последние минуты его жизни. Об этом пишет турецкое издание Sabah, которое обнародовало расшифровку аудиозаписей, […] Почему вымирает Россия? Светлана Руденко В этом году мы впервые всерьез осознали — Россия вымирает, причем довольно ускоренными темпами. Об этом заговорили наши демографы, наша власть в лице Татьяны Голиковой, а самое страшное и неумолимое — об этом […] В долговую кабалу с малолетства Светлана Руденко Высшее образование скоро станет доступно лишь тем, у кого тугой кошелек. Уже в этом учебном году более половины первокурсников будут платить за свое обучение. Количество мест на бакалавриате сократилось вроде бы […] Украина итоги 10 сентября 2019 года Влад Николаев Партия Медведчука требует прекратить наступление на СМИ   Инициирование парламентской фракцией партии «Слуга народа» создания временной следственной комиссии для расследования деятельности телеканалов NewsOne, «112 […]
Наверх Наверх