Израиль отказался уходить с горы Хермон, Сирия потребовала вывода войск

Израиль подтвердил намерение сохранять войска на сирийской стороне горы Хермон и в созданной им зоне безопасности, а Дамаск потребовал немедленно вывести израильские силы. Об этом 25 августа сообщило издание The Times of Israel со ссылкой на заявление канцелярии министра обороны Израиля.

Кац связал присутствие войск с угрозами Израилю

Министр обороны Израиля Исраэль Кац посетил израильские подразделения на юге Сирии и заявил, что армия не намерена оставлять занятые позиции на сирийской стороне горы Хермон и в зоне безопасности. Поездка состоялась на территории, которую Дамаск считает оккупированной, и стала публичным подтверждением того, что израильское присутствие не рассматривается как краткосрочная мера с заранее обозначенным сроком.

Кац связал продолжительность размещения войск не с календарём или ходом переговоров, а с сохранением угроз Израилю. Такая формулировка оставляет решение о выводе полностью за израильским руководством: условие сформулировано широко, а механизм независимой проверки уровня угроз не назван.

«Мы не уйдём с горы Хермон и из зоны безопасности, пока сохраняются джихадистские угрозы Государству Израиль», — заявил министр обороны Израиля Исраэль Кац.

Обращаясь к президенту Сирии Ахмаду аш-Шараа, Кац заявил, что сирийское руководство должно видеть израильскую армию на горе Хермон и понимать, что она остаётся там для защиты приграничных населённых пунктов и северной границы Израиля. Высказывание переводит спор из технической плоскости охраны границы в политическую: израильское присутствие представлено как постоянный фактор, с которым Дамаску предлагается считаться.

Израильские силы заняли сирийскую часть зоны разъединения после падения прежнего правительства в Дамаске. Израиль тогда заявил, что соглашение о разъединении сил 1974 года фактически утратило действие из-за изменения власти и обстановки на сирийской стороне. Сирия, ООН и ряд государств эту трактовку не признали и продолжили требовать восстановления прежней линии разграничения.

Гора Хермон имеет военное значение из-за высоты и обзора значительной части юга Сирии, Голанских высот и прилегающих районов. Контроль над позициями на вершине расширяет возможности наблюдения и раннего предупреждения. Одновременно он создаёт для Израиля стимул сохранять присутствие даже при снижении непосредственной угрозы, поскольку добровольный отказ от уже занятой высоты потребует отдельного политического решения и гарантий безопасности.

Дамаск потребовал восстановить линию разъединения 1974 года

Министерство иностранных дел Сирии ответило на визит Каца через два часа после израильской публикации. Ведомство назвало пересечение границы незаконным, расценило его как нарушение суверенитета и территориальной целостности Сирии, а также сослалось на Устав ООН и соглашение о разъединении сил 1974 года.

Дамаск потребовал немедленного и полного вывода израильских войск с занятых сирийских территорий и возвращения к линии разъединения. Сирийская сторона также призвала международное сообщество заставить Израиль прекратить повторяющиеся нарушения. Военного ответа в заявлении не обещано: Сирия пока пытается перенести спор в дипломатическую и правовую плоскость.

Позиции сторон несовместимы уже на уровне исходных условий. Израиль считает присутствие необходимым до исчезновения угроз, которые определяет самостоятельно. Сирия требует сначала восстановить положение, существовавшее до декабря 2024 года, и только после этого обсуждать устойчивый режим безопасности. Без согласованного промежуточного механизма каждая новая израильская операция будет подтверждать опасения Дамаска, а каждое сирийское требование о безусловном выводе будет восприниматься Израилем как недостаточная гарантия.

Заявление Каца прозвучало вскоре после израильского удара по авиабазе Абу-Зухур в провинции Идлиб. Израиль связал ту операцию с попыткой Турции закрепиться на сирийском объекте и заявил, что не допустит появления турецкой военной инфраструктуры, угрожающей его интересам. Кац повторил этот аргумент во время поездки на юг Сирии, объединив вопрос о горе Хермон с более широким противостоянием вокруг внешнего военного присутствия в стране.

Анкара отрицала подготовку постоянного развёртывания на атакованной авиабазе и указывала, что турецкие специалисты посещали сирийские объекты для оценки их состояния. Разница в трактовках важна: Израиль рассматривает даже потенциальное появление инфраструктуры Турции как основание для превентивного удара, тогда как Дамаск считает сотрудничество с Анкарой своим суверенным правом.

В результате спор о юге Сирии уже не ограничивается отношениями между Дамаском и Тель-Авивом. Он затрагивает Турцию, Соединённые Штаты и ООН. Вашингтон выступает посредником на сирийско-израильских контактах, но публичная фиксация Израилем бессрочного присутствия сокращает пространство для компромисса: посреднику придётся предложить не только режим прекращения ударов, но и проверяемую схему безопасности на земле.

Сторонам предстоит согласовать проверяемый режим безопасности

Подтверждённый факт на данный момент состоит в том, что Израиль сохраняет войска на сирийской стороне горы Хермон и не объявил срок их вывода. Также подтверждено, что Сирия официально потребовала возвращения к линии разъединения. Не подтверждены сообщения о согласованном графике отхода, международных гарантиях или готовности сторон принять совместный механизм контроля.

Предположительным последствием заявления Каца станет усложнение следующего раунда переговоров. Для Дамаска согласие на обсуждение безопасности без вопроса о выводе войск может выглядеть как признание новой реальности. Для Израиля предварительное обещание уйти лишит занятую территорию функции переговорного рычага и потребует доверия к сирийским структурам безопасности, которого израильское руководство публично не демонстрирует.

Ближайшей проверкой намерений станут не заявления, а действия на местности. Расширение инженерной инфраструктуры, строительство постоянных позиций или увеличение числа рейдов будет указывать на закрепление присутствия. Сокращение патрулирования, допуск наблюдателей ООН и согласование новых каналов связи, напротив, могут стать признаками подготовки переходного режима.

Переговорный канал при этом сохраняется. Накануне сирийские источники сообщили о встрече представителей Сирии и Израиля в Иордании при посредничестве США. Стороны обсуждали деэскалацию и возможность возобновления переговоров по безопасности. Визит Каца не закрывает этот канал, но повышает цену договорённости: теперь Дамаску потребуется объяснить, каким образом переговоры приведут к восстановлению суверенитета, а Израилю — какие гарантии смогут заменить контроль над высотой.

Соглашение 1974 года остаётся единственной уже существующей рамкой, которую признают Сирия и ООН. Она предусматривает линию разъединения, ограничения на размещение сил и работу наблюдателей. Израиль фактически требует дополнить эту конструкцию гарантиями против вооружённых групп и внешнего военного присутствия. Сирия, напротив, настаивает, что обсуждение дополнительных мер не может узаконить пересечение линии и удержание территории.

Возможный переходный пакет мог бы включать восстановление доступа наблюдателей ООН, ограничения на тяжёлое вооружение у линии разъединения, прямой канал связи между военными и поэтапный вывод израильских подразделений при проверке выполнения договорённостей. Это не согласованный план, а перечень инструментов, которые отвечают заявленным опасениям сторон. Без измеримых условий формула «до исчезновения угроз» не позволяет определить ни момент выполнения соглашения, ни ответственность за его срыв.

Отдельным препятствием остаётся турецкий фактор. Израиль требует учитывать возможность появления турецкой инфраструктуры в Сирии, а сирийское руководство не готово отдавать соседнему государству право определять круг его военных партнёров. Поэтому даже двусторонняя договорённость по югу страны может оказаться неустойчивой, если она не отделит приграничный режим от более широкого спора Израиля и Турции.

Для Дамаска продолжение израильского присутствия создаёт и внутреннюю проблему. Власти заявляют о восстановлении единого контроля над территорией страны, однако не располагают средствами для вытеснения израильской армии без риска новой войны. Дипломатическая стратегия позволяет избегать прямого столкновения, но её результат будут оценивать по тому, появится ли срок вывода войск и вернутся ли международные наблюдатели на прежние позиции.

Главный вывод в том, что Израиль превратил контроль над сирийской стороной горы Хермон из временной реакции на смену власти в открыто заявленный элемент собственной оборонной политики. Сирия отвергла эту логику и потребовала полного вывода войск, но пока отвечает дипломатически. Поэтому вероятность быстрого соглашения невелика: сторонам предстоит согласовать, кто и каким способом будет определять наличие угроз, а также что должно заменить израильские подразделения после возможного отхода.

Ранее сообщалось, что Израиль нанёс удар по сирийской авиабазе Абу-Зухур после появления сведений о возможном турецком присутствии на объекте. Эта операция показала, что израильское руководство связывает безопасность границы не только с югом Сирии, но и с возможностью других государств создавать военную инфраструктуру в стране.