Людмила Махова: «Любому человеку на войне чаще всего нужна мотивация»

Интервью с Людмилой Маховой – музыкантом, основателем группы «Дайте Два», скрипачом, бэк-вокалистом и композитором.

ТГ «Дайте Два» https://t.me/dayte_dva_official

— Добрый день, Людмила Борисовна. Расскажите, пожалуйста, о себе.

— Здравствуйте, Мария. О себе — Махова Л.Б. 42 года, неоконченное музучилище по классу скрипки, написанная, но не защищённая кандидатская по теории перевода, естественная среда обитания — студии, концертные залы, клубы, скоростной поезд, курсирующий между Москвой и Санкт-Петербургом. В 2007 году основала группу «Дайте Два». Есть масса артистов, с которыми сотрудничаю в качестве скрипача, бэк-вокалиста, композитора, сонграйтера, музыкального продюсера, аранжировка. В свободное время постигаю азы студийной звукорежиссуры.

— Расскажите о создании группы «Дайте Два». Какой была первоначальная идея?

— Идея была прекрасной. На вузовской лекции нам сообщили, что группа The Beatles принесла британской короне баснословные суммы, потому что их песни были написаны на английском языке. И я такая сразу «О! Отличный вариант принести пользу Родине, чтобы при этом пить, курить, безобразничать и самому в накладе не остаться». Фактически всё оказалось гораздо сложнее и интереснее. Годы идут, идея трансформировалась в необходимость делать ненавязчиво мотивирующую лекарственную музыку, которая бы помогала людям прыгнуть выше головы. Сейчас начало тысячелетия, сдвиг эпох, время подвигов. Военных, трудовых, личных, любых. Мотивация нужна всем, малому и большому бизнесу, государственным служащим, учащимся, воюющим, ждущим близких домой, лечащим, изобретающим, сеющим, строящим, да даже сытые домашние жёны без воодушевления могут приуныть. Мрака нагнать может каждый, таких артистов и без группы «Дайте Два» хватает, а вот написать такую песню, чтобы у человека «отлегло», чтобы отвлекло, переключило, или чтобы захотелось оторвать пятую точку от дивана и начать действовать, при этом не унижая потенциального слушателя — не самая простая задача. Но мы лёгких путей не ищем, там и без нас натоптано)).

— Вы сотрудничали с огромным количеством коллективов: от «Алисы» и 25/17 до Louna и «Комсомольска». Какая коллаборация запомнилась Вам больше всего и почему?

— Очень скучаю по группе «Комсомольск». Причина исключительно женская и бытовая. Большинство артистов, с которыми сотрудничаю, предпочитают, чтобы музыканты на концертах одевались в чёрное. В «Дайте Два» только могу «пошизить» иногда. А «Комсомольск» был прекрасной возможностью «выгулять» серебряный корсет, розовое боа, свадебное платье с несостоявшейся свадьбы и самые неожиданные вещи из моего необъятного шкафа. «Полный шкаф, но некуда надеть». Они очень позитивно на меня повлияли, дали послушать много интересной музыки, познакомили с большим количеством добрых людей, с некоторыми из которых до сих пор общаюсь. Даша и Ариша умные, классные, яркие. С их новой группой «Несладко» практически не сотрудничаю, к сожалению. Но глобально они огромные молодцы. Обожаю выступать с Бранимиром. Максимально комфортный артист, добрый умный человек и мой хороший товарищ. «Алиса» — ну тут слов нет. С самого детства слушаю «Алису». Когда в старших классах играла их музыку на скрипке и снимала партии – думала: «вот зачем я это сейчас делаю? Надо же играть то, что педагог задал, а я тут развлекаюсь». Но когда Константин Евгеньевич позвал играть на скрипке в акустическую программу — сразу же всё поняла. Просто я всю жизнь к этому готовилась. Мне выпала честь сотрудничать с прижизненным классиком, с одним из немногих наших рокеров, занимавшимся патриотическим воспитанием молодёжи в 90 гг. ХХ в., с великим артистом, благодаря которому поверила в качественную отечественную музыку. Для меня это колоссальная ответственность и огромная радость. Вообще легально, так сиять от удовольствия на работе?)

— Вы лингвист и даже готовили диссертацию по переводам Л.Н. Толстого на английский язык. Как академическое образование в филологии влияет на Ваше творчество и написание текстов?

— Слава Богу не путаю падежи, стараюсь правильно ставить ударения, говорю и пишу слова в свои и чужие песни достаточно грамотно. Много редких слов знаю, могу пыль в глаза красиво пустить и голову заморочить)). А ещё наш директор всегда просит пресс-релизы все сочинять самостоятельно, потому что лучше из нашего ближайшего окружения никто не сделает. Злюсь, конечно, не царское это дело, но пишу, если возможность есть.

—  В одном из постов о концерте есть такая фраза: «плач скрипки Люси, пронзающий душу». Как Вы сами описываете ту эмоцию, которую стараетесь передать через инструмент в этих песнях?

— Когда-то кто-то где-то придумал, что скрипка плачет. Плакать – это некрасиво и не всегда прилично. Если уж на то пошло, я истории рассказываю, иногда грустные, иногда ироничные, тут всё зависит от песни и от истории, которая в самой песне рассказывается. Мне вообще удобно. У себя я точно знаю, что делать, чтобы коллегам было легче со мной работать, у других — знаю как сделать так, чтобы фронтмены сияли ещё ярче.

— Как проходит совместная работа над аранжировками? Насколько скрипичные партии прописаны, а насколько остаётся место для импровизации на сцене?

— В плане партий скрипки предпочитаю такой формат: мне высылают демо, я продумываю и записываю туда то, что на мой взгляд должно украсить песню, на концертах идёт небольшая адаптация под тонкости живого исполнения, но глобальных изменений нет. Зачем второй раз придумывать то, что уже существует и одобрено? Бывает, когда «Здесь 8 тактов импровизации». У меня в акустической программе группы «Алиса» в песне «я играю в войну» любимое тройное соло есть, стилизованное под дарк кантри. И там три таких сольных куска. Первый и третий всегда играла одинаково, второй старалась никогда не повторять.

— Как Вам поступило предложение принять участие в патриотическом проекте «РЭП Взвод» и записать трек «Голову выше» вместе с Юрием Бардашем и КИТом?

— Внезапно))). Сижу никого не трогаю — пишет Андрей Михеев, обрадовалась, согласилась.

— Создатель проекта Андрей Михеев говорил, что Ваш вокал «разбавил речитатив» и сделал песню «взрослой» и философской. Расскажите, пожалуйста, о Вашей работе над вокальной партией и смысловой нагрузкой припева.

— Меня позвали именно в припев. Андрей прислал демо и дал чёткое тз: связать два куплета. Там два абсолютно разных героя, два разных настроения. Один весь такой хозяйственный «биткойн, воронки продаж» у него, зарабатывает наверно неплохо, а другой о музах рассуждает, поди и диссертацию защитил, в отличии от меня. Но оба делают больше, чем могут, чтобы победить. Как в глобальном, так и в личном смысле. Добавила типичную для себя идею о подталкивании слушателей к прыжку выше собственной головы, как я в «Дайте Два» у себя часто делаю. Тут получилось почти как в анекдотах, начинающихся с фразы «заходят как-то в бар трое…». Бизнесмен — действующее лицо куплета Юрия Бардаша, философ — КИТ и мой персонаж, стилизованный под арэнби-чику начала века. А объединяет их… Рэп Взвод.

— Песня позиционируется как рефлексирующая, без прямых отсылок к военным действиям. Как Вы понимаете её главное послание и какова, на Ваш взгляд, роль искусства в такие периоды?

— Сейчас непопулярное мнение выскажу. О положении дел на фронте правильнее узнавать из фронтовых информационных сводок. Никогда не любила «окопано-приторную ботву» всякую. Добавил слово «батальон» и уже молодец? Нет, не так всё просто. Кто-то из патриотически настроенных артистов и «большими мазками» шедевры создаёт, но мне бы не хотелось такими натоптанными дорогами ходить. На них кроме той же Чичериной, к которой вопросов нет, пасётся масса слабаков и конъюнктурщиков, желающих пропиариться на патриотической теме. А задавались ли они вопросом, что нужно тем, кто воюет, или живёт там, где сейчас жить непросто? Чего они хотят? Мои личные информационные источники доводят информацию о том, что любому человеку на войне чаще всего нужна мотивация, возможность отвлечься и подумать о хорошем. Вспомним то, что было популярно в Великую Отечественную войну. Александр Трифонович Твардовский и его стихи о Василии Тёркине. Позитивные, мотивирующие, окрыляющие. Леонид Осипович Утёсов и его добрые светлые и немного хулиганские песни. Лидия Андреевна Русланова, которая вообще пела о валенках, а не о снарядах. И всегда с улыбкой. Это городские дединсайды любят лавандовый мрак на альтернативном молоке, а когда каждый день может оказаться последним и ни на секунду расслабиться нельзя, грустить и месить грязь некогда. Нужно помнить, ради чего ты тут рискуешь и что-то радостное в голове и сердце держать, чтобы было ради чего жить и побеждать.

— Как проходила работа над треком? Это была совместная студийная запись или обмен файлами?

— Сейчас все файлами кидаются. Мы сначала тоже кидались, когда был этап подготовки к записи. Но представьте себе, как же я была приятно удивлена, когда в лучших традициях старой школы на записи моего припева захотели лично поприсутствовать Андрей КИТ и Андрей Михеев. В наше время вечной удалёнки и онлайна суметь так вот собраться — огромная редкость и удача. Было мило и весело.

— Что для Вас лично значил опыт участия в таком проекте, где все средства идут на поддержку военнослужащих?

— Честь, ответственность, возможность принести пользу.

— Почему с 11 лет Вас называют «Тёщей»?

— (Сначала долго смеюсь. Потом пытаюсь сделать серьёзное лицо и начать рассказывать, но снова долго смеюсь). А можно следующий вопрос, пожааааалуйста? Тёщей интересно быть в 11, ну в 20. Тогда у всех «погоняла» были, в жизни прилипло, в интернетах пригодилось. А сейчас уже и эпоха другая, и интернет не тот — все по паспорту называются, через госуслуги авторизуются, прозрачность тотальная. Уже не представишься бабкой, которая хочет разогнать музыкальный чат какой-нибудь, размахивая виртуальной клюкой. Как в песне поётся «раньше было так, теперь иначе». По старой онлайн-вседозволенности не скучаю, времена меняются и мы вместе с ними.

— Вы начинали с классической музыки. Что заставило пойти по пути академической скрипки, а потом свернуть в мир рока?

— Почему же только с классической? Академическое образование всегда полезно. Мне было очень интересно учиться музыке профессионально. Люблю классику, регулярно слушаю. Обожаю Николая Андреевича Римского-Корсакова и Сергея Васильевича Рахманинова. Их у меня в плей-листе больше, чем других классиков. Но в оркестровой яме сидеть особо никогда не планировала. Я ещё и академическим вокалом занималась долго, у меня меццо-сопрано. Но свести всю свою жизнь к «у любви как у пташки крылья» — точно не мой вариант, при всём уважении к классической музыке. А вдруг лет через 200, и я классиком стану? Тогда получится, что вообще никуда с классического пути не сворачивала)). И почему только в мир рока? Очень люблю «музыку чёрных» — без джаза и рэпа ни шагу с самого детства. А ещё обожаю инди почти во всех проявлениях, ню металл нулевых, американских психонавтов 70х, задорную британщину 90х, шведскую и корейскую попсу, народную музыку разных стран, диско и фанк.  Вообще предпочитаю делить музыку не по жанрам, а на хорошую и плохую. У хорошей музыки жанра нет. А плохую классифицировать не вижу смысла.

— Что для Вас было важнее в становлении — музыкальное училище им. Римского-Корсакова или Институт иностранных языков?

— Оба этих учебных заведения. А ещё магистратура и аспирантура филологического факультета СПбГУ, физматгимназия (некоторое время серьёзно готовилась к поступлению на физфак, но классе в девятом, к счастью, отпустило), музыкальный лицей, рюмочная на ст. м. «Спортивная» в Санкт-Петербурге, музейная насмотренность, путешествия и интернет-сайты с похабными анекдотами и удивительными историями. И, конечно, Большая Советская Энциклопедия.

— В одном из интервью Вы упоминали, что мечтали открыть ресторан. Осталась ли эта мечта? Чем Вам нравится кулинария?

— Мечта моя разбилась о зимовку в Камбодже в 2015. До этого думала: «вот брошу всё, открою русскую чайную где-нибудь в Юго-Восточной Азии, или на Карибах…» — в Сиануквиле посмотрела на заведение вроде того, о котором мечтала. Интеллигентная русская супружеская пара, работников не нанять, сами посуду моют, сами готовят, пашут как кони. Сильное красивое заведение с трудом выдерживало конкуренцию, своя мафия там. Однажды сидим у них, чай пьём, пирожки вкусные едим, хорошо. Вдруг врываются типы русскоязычные со стволами и татуированными лицами и начинают разбивать голову хозяина заведения о барную стойку. Он вроде какую-то дань им платить отказался. Воспользовавшись всеобщим замешательством, я прорвалась к диджейскому пульту и поставила Леонида Утёсова «Я демобилизованный», а то мне не разрешали такое ставить, там более современная музыка играла обычно. Типы посмотрели на меня как на больную и ушли. А ещё ситуация на рынке общественного питания в мире существенно изменилась. Тогда почти не было ресторанов, где можно заказать блюда без соли и сахара, и моя идея популяризации здорового питания могла как-то выстрелить. А сейчас не нужно открывать своё — можно прийти в любое кафе и сказать «мне это же, но солить не надо». Готовить иногда люблю, но времени и сил на это остаётся всё меньше, увы. А ведь готовка — колоссальный антистрессовый комплекс, почти медитация.

— Как Вы оцениваете нынешнюю российскую музыкальную сцену? Кого из новых артистов могли бы отметить?

— Много хороших отечественных артистов стало появляться в последнее время. Очень приятная тенденция. Мечтаю лет через 10-20 где-нибудь на англоязычном музыкальном форуме прочитать что-то вроде «друг, какая крутая аранжировка, как качественно сведено. Небось опять какой-нибудь русский продакшен нанял?». Хочу, чтобы словосочетание «русская музыка» стало знаком качества. Или где-нибудь в художественной книге прочитать что-нибудь типа «он хорошо разбирался в живописи, винах, водил изящный ретро-автомобиль и часто слушал русское инди в своём шикарном замке». На новых и старых делить сложно, но Бранимир, CHESS, TMNV, Заточка и Подуха — это хорошо, на мой взгляд. Они есть в моём плей-листе рядом с Рахманиновым, KoRn, NiN и Лероем Андерсоном.

— Каковы ближайшие творческие планы группы «Дайте Два»?

— Эх, жалко не знаю дату ближайшего апрельского концерта в московском клубе «16 тонн», а то, как прорекламировала бы сейчас… Альбом, мы пишем. Инструменты все коллеги уже записали, теперь моя очередь. Альбом будет состоять из двух частей, в первой планируется 5 песен, которых от нас не ждут. Максимально грустная одна, хотя мы сторонники веселья, в другой слово «политика» возникнет, хотя мы аполитичны как музыкальный коллектив, третья как раз о взломе устоявшихся алгоритмов, четвёртая жееееенская вся такая, хотя наши персонажи чаще бесполые, а в пятой надеемся объяснить, почему вдруг так случилось. Вторая часть будет вся из совместных треков.

— Как Вы оцениваете развитие культуры в России в целом?

— Высоко. У наших специалистов есть возможность получать хорошее академическое образование в сфере культуры. Только знатоки классики способны на истинное новаторство, как мне кажется. В музыке, литературе, театральном и изобразительном искусствах это очень хорошо заметно. К сожалению, практически не смотрю телевизор и кино. Не знаю как там дела.

— Вы участвовали в организации благотворительного фестиваля. Насколько для Вас важна такая сторона деятельности, помимо музыки?

— Я не организатор. Вообще. Совсем. Помогала делать два фестиваля. Первым вообще недовольна. Второй делала больше сама и более по уму. Меньше помпы, больше денег тем, для кого их собирали. С тех пор только точечно отправляю куда-то средства, какие могу. И то, если знаю лично кого-то в благотворительной организации, а то вокруг благих дел много падальщиков кружит. Если куда-то нужно ради хорошего дела приехать и выступить, сорвусь без колебаний. Недавно ездила выступать в военный госпиталь. Благодарная публика, тепло восприняли мои «слишком радостные» песни. Мы много смеялись, шутили, восстанавливающимся бойцам понравилось. Скорейшего и полнейшего выздоровления им. Приехать выступить — всегда с огромным удовольствием, но участвовать в организации благотворительных мероприятий больше не хочу.

— Есть ли у Вас мечта о каком-то особом музыкальном проекте или коллаборации, которая пока не осуществилась?

— Да. Изобрести машину времени и уговорить Сергея Сергеевича Прокофьева на совместный трек. Уговаривать я хорошо умею. Дело за малым.

—  Какой трек из Вашего обширного творчества Вы считаете наиболее личным или знаковым для себя?

— Один?))))))) Всего один?))) Тогда пусть это будет «Ай-люли» — заключительный трек с альбома «Простые радости в краю беспечных зомби», этот альбом весь одна большая история. К тому же ну ооооочень правдивая. Больше нефильтрованной правды, чем там, никогда ещё не говорила. Но кто же в такую правду поверит? (Улыбаюсь с подозрительной хитринкой).

— Есть ли у Вас песня, без которой не проходит ни один Ваш концерт?

— Просят «Улыбайся» нашу часто сыграть. Потому что её знают. Остальное — по обстоятельствам.

—  Что для Вас значит Санкт-Петербург как город, как он повлиял на Ваше творчество?

— Коренная, потомственная, родилась тут, выросла тут. С родным городом сложились странные отношения. Хотя бы потому, что я вижу Санкт-Петербург не таким, каким его принято видеть. Снова сейчас непопулярное мнение выскажу. Нам навязали стереотип: «крыши, алкаши, торчки, блокадное наследие, мрак, Шевчук, депрессия, плохая погода». Когда мы снимали клипосериал на альбом «Простые радости в краю беспечных зомби», нам удалось показать Санкт-Петербург таким, каким я его вижу. Это имперское наследие, практически непрекращающийся праздник, вкус к красивой жизни, Довлатов, умение северян насладиться коротким летом по полной, победа человека над стихией и обстоятельствами. Никогда не писала песен о Петербурге. Только в одном гостевом куплете обмолвилась о том, что «там, откуда я родом, центр застроен квадратами, ночи белые, а подъезды парадные». А Москва добрая, старая, круглая, понятная, она меня как будто больше любит, чем родной город. Впервые попала туда в возрасте 3 лет и сразу поняла, что буду курсировать между двумя городами. У нас Кремля нет, а он такой красивый. А в Москве нет Эрмитажа. Не могу выбрать, приходится перемещаться постоянно).

— Какой Вы видите Россию в музыкальном плане через 10 лет? Поменяются ли смыслы в музыке?

— В ответе на один из предыдущих вопросов почти уже рассказала об этом. Смыслы — не знаю. Поменяется отношение к нам. Жду признания нашего знака качества. После всех этих отмен жду мировой волны интереса ко всему русскому. Она уже намечается, как мне кажется. Сейчас все обстоятельства работают на нас. А ведь ещё много наших сильных музыкантов сейчас живут за пределами России. Хотят они этого, или нет, они тоже помогают нам завоевать международное признание. Я не об обидевшихся артистах сейчас, а о куче сильнейших музыкантов, продюсеров, звукорежиссёров, которым надо жить на что-то и хорошо делать своё дело. Не важно, кто что думает. Важно то, что все стараются. И всё это сейчас в нашу пользу. Русский конкурентноспособный музыкант — это классическое образование, находчивость, дисциплина и хороший вкус. Пусть все об этом знают.

—  В проектах, где Вы участвуете, будь то «РЭП Взвод» или другие, часто звучат темы стойкости, памяти и надежды. Как Вы считаете, является ли музыка в наше время не просто отражением эпохи, но и реальной поддержкой, мостом между людьми?

— А вдруг да? Очень хотелось бы. Иногда песни помогают принимать решения. Вот у Depeche Mode лет 10 назад вышла песня Where’s The Revolution? — ехала как-то в машине, слушала её. Думаю, да, а где, собственно, революция? Приехала и скучного кавалера из дома выгнала вместо того, чтобы жаловаться подружкам на то, как он третий год светильник в ванной починить не может и тупые сериальчики целыми днями смотрит. Огромное спасибо Дэйву, Мартину и остальным причастным))). Пусть та музыка, к созданию которой я имею отношение, помогает принимать только правильные решения.

— Говоря о будущем музыки, мы говорим и о будущем людей, которые её слушают и создают. В своём творчестве Вы часто обращаетесь к очень личным, душевным переживаниям. А если говорить о чувствах, которые сейчас объединяют очень многих — что, на Ваш взгляд, важнее всего сохранить в себе людям, когда вокруг так непросто?

— Вы сами сказали. Надежда, стойкость, память. И ещё умение радоваться любой незначительной мелочи. Это физически необходимо.

—  Какое, по-Вашему, самое главное пожелание или напутствие можно дать человеку, чтобы он не терял себя и силы духа в периоды испытаний?

— Умение находить в себе силы действовать, знание задач и точность формулировок всегда помогают. Те, кому трудно, пусть читают «Искру жизни» Ремарка. Там такой персонаж есть, Лео Либенталь. Пример невероятной стойкости и оптимизма в сложных условиях. Изобрела в своё время глагол «либенталить». Желаю всем либенталить до последнего. А дальше только победа.

— Только недавно мы отметили Новый год — время, которое по традиции собирает людей вместе, пусть даже мысленно… Что бы Вы пожелали всем нам в это непростое время? И, конечно, отдельно — тем, кто сейчас стоит на защите нашей страны?

— Верить, действовать, не отвлекаться на мелочи, не сомневаться, не ссориться, объединяться, сотрудничать, делиться полезным, не расчёсывать мрак, стараться замечать искру жизни там, где это возможно. И везения, везения, везения. Всё будет как мы любим.

Мария Коледа