Трамп отказывает Эр-Рияду в ударах по хуситам, и «Мухаммед бен Салман этого не забудет»

23.09.2026 07:44:36 Wilhelm Franz

0 0

Отказ президента США Дональда Трампа присоединиться к военной кампании Саудовской Аравии против хуситов в Йемене, по данным Financial Times, создаёт напряжённость в отношениях с Эр-Риядом и порождает сомнения в надёжности Вашингтона как партнёра по безопасности. Наследный принц Мухаммед бен Салман лично, дважды за один день, звонил Трампу с просьбой нанести удары по хуситам, приближавшимся к стратегической точке Красного моря. По данным Axios, в минувшие выходные Трамп поручил командующему CENTCOM адмиралу Брэду Куперу подготовить варианты ударов, обсуждал их с министром обороны Питом Хегсетом, а по данным New York Times, удары уже готовились к исполнению, но были отменены в последний момент. Вашингтон вновь ограничился обещанием разведданных и данных для наведения целей.

Триггер эскалации: потеря F-15

Непосредственным поводом, обострившим и без того идущие саудовские просьбы, стала потеря боевого самолёта. По данным сводной хроники авиационных инцидентов, 15 сентября 2026 года хуситы сбили над провинцией Мариб саудовский истребитель Boeing F-15SR Strike Eagle с бортовым номером 5539 (модификация «продвинутого орла», F-15SA). Хуситы утверждают, что применили «местно изготовленную» ракету, и опубликовали видео с обломками хвостового оперения с саудовской символикой; CNN геолоцировал место падения именно в Марибе. По словам представителя военного крыла хуситов Яхьи Сари, другие F-15 и Eurofighter Typhoon, искавшие обломки, были вынуждены отступить под огнём ПВО. Официального подтверждения потери или комментария по судьбе экипажа Саудовская Аравия на момент публикаций не дала; Jane’s называет это первой боевой потерей модификации F-15SA в принципе.

NBC News прямо связывает этот эпизод с решением Трампа: по данным издания, саудовские просьбы к президенту о военных действиях против хуситов «стали более срочными в последние дни, когда повстанцы заявили, что сбили саудовский истребитель F-15, и быстро продвигались к провинции Мариб», где расположены крупнейшие нефтегазовые месторождения Йемена. Хронологически первые личные звонки Мухаммеда бен Салмана Трампу пришлись на период вокруг 11 сентября, после захвата хуситами острова Маюн (Перим), то есть ещё до потери самолёта; но именно после инцидента 15 сентября запрос вырос в срочный, что и подтолкнуло Пентагон готовить, а затем отменять удары. Отдельно, в связи с истощением собственных ракет-перехватчиков, Эр-Рияд в те же дни запросил помощь ПВО у Франции, Пакистана, Египта и Великобритании; именно на этот запрос откликнулся Лондон, согласившись предоставить дозаправку саудовской авиации.

Причины отказа

Растущее давление, связанное с войной США и Израиля против Ирана, которая идёт с 28 февраля 2026 года.
Истощение запасов американских боеприпасов на этом фоне (тема, ранее зафиксированная и в докладе генерального инспектора об операции Epic Fury).
Внутриполитические проблемы: высокие цены на бензин и непопулярность конфликта с Тегераном в американском обществе.
Сомнения военных и дипломатов в эффективности ограниченной воздушной кампании: собеседники NYT указывали, что новые удары вряд ли заставят хуситов сесть за стол переговоров, а способность саудовских наземных сил закрепить успех авиации под вопросом.

Реакция и оценки

«Соединённые Штаты колеблются, и в конечном счёте их решение, по крайней мере сейчас, не присоединяться к саудитам просто добавляет напряжённости в двусторонние отношения», заявила Financial Times Мона Якубян, директор программы по Ближнему Востоку Центра стратегических и международных исследований в Вашингтоне. «Это усиливает опасения саудитов насчёт того, на какую роль США они вообще могут рассчитывать». Бывший директор разведки CENTCOM, отставной генерал-лейтенант Карен Гибсон, высказалась жёстче: «Мухаммед бен Салман этого не забудет».

На фоне интернационализации конфликта

Отказ Вашингтона выделяется на фоне того, что другие союзники, наоборот, наращивают помощь Эр-Рияду: 22 сентября Великобритания объявила о предоставлении самолёта-заправщика для саудовской авиации, отражающей атаки хуситов, а министры иностранных дел G7 потребовали от группировки прекратить удары, а от Ирана, прекратить её вооружать. Хуситы к этому моменту продвинулись к порту Моха и ключевым точкам Баб-эль-Мандебского пролива, что резко повысило ставки для Эр-Рияда.

Военно-экономический фон: параллельная сделка по F-35

Отказ в ударах контрастирует с параллельным укреплением военных связей на уровне поставок вооружений. 17 — 18 сентября 2026 года, то есть через два-три дня после потери F-15 над Марибом, Госдепартамент США одобрил продажу Саудовской Аравии 48 истребителей пятого поколения F-35A на сумму 24,3 млрд долларов вместе с 49 двигателями Pratt & Whitney, что сделает королевство первым арабским оператором этого самолёта. Действующий парк истребителей Саудовской Аравии построен на F-15 (в том числе именно потерянная модификация F-15SA) и Eurofighter Typhoon; F-16 на вооружении королевства нет. Сделка по F-35 требует одобрения Конгресса (30-дневное окно) и уже вызвала озабоченность Израиля, чьё технологическое превосходство в регионе защищено американским законом. Таким образом, на одной неделе Вашингтон одобрил Эр-Рияду продажу новейших истребителей на десятки миллиардов долларов и отказал в прямой военной поддержке для защиты уже имеющихся, наглядно показывая логику нынешних отношений: оружие за деньги вместо военных гарантий.

Экономическое сотрудничество США и Саудовской Аравии

Саудовская Аравия это один из крупнейших торговых партнёров США на Ближнем Востоке; в 2024 году товарооборот составил 25,9 млрд долларов (экспорт США 13,2 млрд, импорт 12,7 млрд), с профицитом США в 443 млн.
В мае 2025 года, во время визита Трампа в Эр-Рияд, Саудовская Аравия объявила об инвестиционном обязательстве в 600 млрд долларов в экономику США на ближайшие четыре года, охватывающем энергетику, оборонную промышленность, технологии и инфраструктуру.
В ноябре 2025 года, при визите Мухаммеда бен Салмана в Вашингтон, обязательство было расширено почти до 1 трлн долларов; заключены соглашения о гражданском ядерном сотрудничестве, критических минералах и искусственном интеллекте.
Параллельно одобрен пакет оборонных поставок на почти 142 млрд долларов, названный крупнейшей сделкой по продаже вооружений в истории.
Аналитики (Arab Gulf States Institute) называют планку в 600 млрд, а тем более 1 трлн, труднодостижимой: это потребовало бы порядка 150 млрд в год, то есть около 14% ВВП Саудовской Аравии, при том что падение цен на нефть и собственные траты на Vision 2030 ограничивают реальные возможности королевства.

Исторический контекст

Американо-саудовское партнёрство в сфере безопасности насчитывает более 80 лет, с встречи короля Абдулазиза Аль Сауда и президента Франклина Рузвельта на борту USS Quincy в 1945 году, и всегда строилось на формуле «нефть в обмен на защиту». Нынешний эпизод не первый случай, когда Вашингтон демонстрирует сдержанность: администрация Байдена также избегала прямой вовлечённости в конфликты Эр-Рияда. Но контраст сейчас особенно заметен, поскольку одновременно США готовы поставлять новейшее оружие и обсуждают почти триллионные инвестиции, но не готовы напрямую воевать за союзника. Это обнажает суть формирующейся модели отношений при Трампе: щедрая коммерческая и оружейная сделка вместо прямых военных гарантий, что и вызывает у Эр-Рияда закономерный вопрос о цене подобного партнёрства.

Региональное значение: выводы

Разрыв между риторикой союзничества и практикой невмешательства бьёт по образу США как гаранта безопасности Залива в момент, когда хуситы демонстрируют растущие возможности бить вглубь саудовской территории.
Это создаёт стимул для Эр-Рияда диверсифицировать военных партнёров: показательны и переговоры о JF-17 с Пакистаном, и ранее рассматривавшаяся сделка по Rafale с Францией, и обращения за поддержкой к Франции, Пакистану и Египту помимо США.
Одновременно сохраняется и даже растёт экономическая взаимозависимость (инвестиции, F-35), что удерживает партнёрство от разрыва, но переводит его в модель «плати и получай оружие», а не «получай военную защиту по праву альянса».
Для региона в целом это сигнал, что даже ближайшие партнёры США не могут полагаться на автоматическое американское военное вмешательство, что подталкивает страны Залива к собственным защитным механизмам, включая обращения к другим державам и наращивание автономных возможностей ПВО.