Иконы

Иконы

Стоя на коленях у иконы,

Молитву читая в своем блиндаже.

Под звуки выстрелов, дождя, раскатов грома,

Читал мальчишка с грузом на душе.

Плачут иконы плачут святые,

За выстрелы в небо, за пули шальные.

Плачут иконы под звон под звон колоколов.

Выйти с победой нам нужно скорее,

За наших братьев, за нервы стальные,

Господи прости, Господи прости.

Дни рожденья, дни старения,

Изменить никто не смог.

Совершались преступления выходя за пару строк.

Штурм пройдёт, в живых останутся,

Кто молился в блиндаже.

Враг разбит, но след останется,

Длинный след в твоей душе.

Плачут иконы плачут святые,

За выстрелы в небо за пули шальные.

Плачут иконы под звон под звон колоколов.

Выйти с победой нам нужно скорее,

За наших братьев, за нервы стальные.

Господи прости, Господи прости.

Земля горела под ногами нашими,

От крови, пота и криков наших врагов.

Но мы помолимся, помолимся ангелам,

У наших икон, икон дедов и отцов.

Отче наш, Иже еси на небесех!

Да святится имя Твое, да приидет Царствие Твое

да будет воля Твоя, яко на небеси и на земли.

Хлеб наш насущный даждь нам днесь;

и остави нам долги наша, якоже и мы оставляем должником нашим;

и не введи нас во искушение, но избави нас от лукаваго.

Яко Твое есть Царство и сила, и слава, Отца и Сына, и Святаго Духа,

ныне и присно, и во веки веков. Аминь.

Плачут иконы плачут святые,

За выстрелы в небо, за пули шальные.

Плачут иконы под звон под звон колоколов.

Выйти с победой нам нужно скорее,

За наших братьев, за нервы стальные,

Господи прости, Господи прости.

Отцы и дети

Нас упрекали во всём кроме погоды,

И я грозил себе суровою мздой.

Отец говорил нам сниму я погоны,

И останусь я с вами с одною звездой.

Берегите ребята своих дорогих отцов,

За ними, как за каменной стеной будет спокойная жизнь.

Им не нужно ни денег, ни славы ни даже дорогих дворцов,

Отцам нужна всего лишь ваша любовь.

Наш отец теперь остался лейтенантом неба,

И где-то прячась в облаках слышит раската гром.

Мы теперь дети бога войны и под натиском ширпотреба,

Бежим за знаком в воздухе чтобы встретиться с нашим отцом.

Берегите ребята своих дорогих отцов,

За ними, как за каменной стеной будет спокойная жизнь.

Им не нужно ни денег, ни славы ни даже дорогих дворцов

Отцам нужна всего лишь ваша любовь.

Когда вокруг больше нету того, кто был для нас самым важным героем,

Напишет девочка юная в книжке своей.

Мой папа герой, мой папа самый отважный,

Он отдал себя во благо на работе тяжёлой своей.

Берегите ребята своих дорогих отцов

За ними, как за каменной стеной будет спокойная жизнь,

Им не нужно ни денег, ни славы ни даже дорогих дворцов,

Отцам нужна всего лишь ваша любовь.

Нас упрекали во всём, кроме погоды,

И я грозил себе, грозил суровою мздой.

Наши папы для нас будут самыми лучшими,

Наши папы справятся с любою бедой.

Берегите ребята своих дорогих отцов

За ними, как за каменной стеной будет спокойная жизнь

Им не нужно ни денег, ни славы ни даже дорогих дворцов,

Отцам нужна всего лишь ваша большая любовь.

Война

Нас на рассвете поднимут по тревоге,

Снова в бой снова на штурм снова на смерть.

Мы двинемся по знакомой раздолбанной дороге,

Расщепляя выстрелом ночную твердь.

И мы зайдем под звуки канонад,

Купившие билет в один конец.

Противник нам увы не будет рад,

Когда почувствует в груди стальной свинец.

Утихнет бой, слышны лишь крики раненных бойцов,

 Зависнут птицы где-то в облаках,

Затихнет бой за дедов и отцов,

И кровь засохнет на раскуроченных руках.

И мы зайдем под звуки канонад,

Купившие билет в один конец.

Противник нам увы не будет рад,

Когда почувствует в груди стальной свинец.

Вот тишина, и можно немного отдохнуть,

Зайти в блиндаж чтоб раны зализать.

Пополнить магазины и уснуть,

Увидеть сон о верных нам друзьях.

Нас на рассвете поднимут по тревоге,

Снова в бой снова на штурм снова на смерть.

Мы двинемся по знакомой раздолбанной дороге,

Расщепляя выстрелом ночную твердь.

И мы зайдем под звуки канонад,

Купившие билет в один конец.

Противник нам увы не будет рад,

Когда почувствует в груди стальной свинец.

Утихнет бой, слышны лишь крики раненных бойцов,

 Зависнут птицы где-то в облаках.

Затихнет бой за дедов и отцов,

И кровь засохнет на раскуроченных руках.

И мы зайдем под звуки канонад,

Купившие билет в один конец.

Противник нам увы не будет рад,

Когда почувствует в груди стальной свинец.

Нас на рассвете поднимут по тревоге,

Снова война начнется, так и знай.

Но мы вернемся даже, стиснув зубы,

За Русь великую за самый дальний край.

Отчий дом

Никто не забыт, ничто не забыто,

Напишут на флагах, машинах, домах.

Весь мир разорвался, небо закрыто,

Лишь дома тепло осталось в наших сердцах.

И ты глаза закрыв, увидишь отчий дом,

Там на столе стоит горячий каравай.

Взобравшись на коня прокатишься верхом,

Услышишь звуки тишины и свой родимый край.

Мы уйдем на рассвете после молитвы,

Бога икону целуя сквозь свет.

Мы покинем тот дом, где спят наши дети,

Мы уйдём, когда видно будет рассвет.

И ты глаза закрыв, увидишь отчий дом,

Там на столе стоит горячий каравай.

Взобравшись на коня промчишься ты верхом,

Услышишь звуки тишины и свой красивый край.

Никто не забыт, ничто не забыто,

На экранах ТВ прокричит генерал.

Победа за нами, победа так близко,

Напишут в газетах луганский квартал.

И ты глаза закрыв, увидишь отчий дом,

Там на столе стоит горячий каравай.

Взобравшись на коня прокатишься верхом,

Услышишь звуки тишины и свой родимый край.

Позывной «Фермер»