Наркотическая Республика Афганистан: политика международных сил в борьбе с правительством наркотиков

  
3

«Призывать Карзая к проведению эффективной кампании по борьбе с наркотиками было все равно, что просить американского президента прекратить всю экономическую деятельность США к западу от Миссисипи», — Рональд Макмаллен, с 2006 по 2007 год сотрудник Бюро по международным делам о наркотиках и правоохранительной деятельности Соединённых Штатов

 

 

После падения талибского режима Исламского Эмирата Афганистан в 2001 году афганский кризис вышел лишь на новый уровень, а производство и распространение наркотиков побило все ранее существовавшие рекорды. Построенная западными странами Исламская Республика Афганистан постепенно превратилась в полноценное наркогосудрство, что в свою очередь заставило международное сообщество обратить наконец свое внимание на эту проблему.

 

 

Опиумное хозяйство Исламской Республики Афганистан

 

 

Исламская Республика Афганистан имеет настолько слаборазвитую экономику, что ее даже сложно назвать аграрной. Главный источник ее дохода – это международная помощь. Афганская экономическая система хорошо характеризуется высказыванием известного американского афганиста Барнетта Рубина, бывшего советником ООН и Государственного департамента Соединённых Штатов, заявившего: «Афганистан — не аграрная страна; это оптическая иллюзия. Крупнейшая индустрия войны, то наркотики, то услуги. Сельское хозяйство опустилось на четвертое или пятое место из-за постоянно ведущихся боевых действий».

 

 

Развитие сельского хозяйства в современном Афганистане находится на очень низком уровне, а технические приемы, используемые в нем сейчас, использовались еще тысячи лет назад. Кроме нестабильной внутриполитической ситуации на экономику Афганистана влияют ограниченные природные ресурсы, такие как нехватка воды и земли, а также резкие перепады температуры. Климат в Афганистане засушливый, осадков выпадает крайне мало, а так как за время междоусобных войн почти вся оросительная система была разрушена большая часть сельскохозяйственных земель, орошается примитивными каналами — арыками.

 

 

Международное содействие в развитии сельского хозяйства также не особо помогает, причиной чему служит частое непонимание приемов экстенсивного развития отрасли и их непринятие с объяснением «отцы так не делали, негоже и нам начинать».

 

 

Афганский опиумный фермер идёт по своему угодью, провинция Панджшер, 2005 год (Паула Бронштейн / Getty Images)

 

 

Последние несколько десятков лет афганские крестьяне массово занимаются выращиванием опиумного мака, который теперь стало проще и выгоднее культивировать из-за того, что он не требует столь большого вложения сил и средств, как другие сельскохозяйственные культуры или животноводство, а доходов приносит несравнимо больше. Однако раньше все было по-другому. Об этом в своей книге пишет пакистанский журналист-международник Ахмед Рашид в своем известнейшем исследовании Афганистана 1990-х годов «Талибан. Ислам, нефть и новая Большая игра в Центральной Азии», рассказывая историю о садах Кандагара, тысячелетиями славившиеся своими виноградом, дынями, тутовыми ягодами, фигами, персиками и гранатами, продающимися некогда по всей Индии и Ирану, а сейчас являющиеся одним из эпицентров выращивания опиумного мака: «Сады имели сложную систему орошения, которая содержалась в большом порядке до тех пор, пока Советы и моджахеды не заминировали поля, после чего сельские жители бежали в Пакистан, и сады были заброшены. Кандагар остается одним из самых заминированных городов мира. Среди плоского рельефа фруктовые сады и ирригационные каналы давали укрытие моджахедам, быстро овладевшим сельской округой и изолировавшим советский гарнизон в городе. Советы в ответ срубили тысячи деревьев и уничтожили систему орошения. Когда после 1990 года беженцы вернулись в свои разоренные сады, им пришлось выращивать опиумный мак, чтобы заработать на жизнь. Так возник один из основных источников дохода для талибов».

 

 

Благодаря непрекращающейся гражданской войне опиумный мак стал главной сельскохозяйственной культурой в Исламской Республике Афганистан. Моджахеды и талибы поощряли выращивание мака крестьянами, а коррупция, расцветшая пышным цветом во время правления президентов Хамида Карзая и Ашрафа Гани, только способствовала этому, в результате чего в Афганистане был создан целый сектор нелегальной экономики, специализирующийся на выращивании, обработке, транспортировке и продаже опиума, который буквально сросся с легальной экономикой страны.

 

 

Вооруженные формирования «Талибана» и миф о их борьбе с опиумом

 

 

После захвата большей части афганских территорий и провозглашения Исламского Эмирата Афганистан в 1996 году талибы не смогли, да и не пытались восстановить экономику страны, что вызвало повсеместное выращивание крестьянами опийного мака, контрабанду наркотиков, а также промышленное производство героина. Каким-то образом в российском обществе появилось мнение, что режим запрещенного в России движения «Талибан», находившийся у власти с 1996 по 2001 годы, вел непримиримую борьбу с выращиванием опиумного мака и производством наркотиков, но это миф. Его корни лежат в запрете на выращивание опиумного мака, решение о котором талибы приняли лишь в июле 2000 года, после 4 лет своего нахождения у власти. И причинами запрета были не религиозные мотивы, а необходимость хоть какого-то одобрения своего режима международным сообществом, которое могло помочь решить острейший гуманитарный кризис, приведший к тому, что афганское население в 2000 году оказалось на грани голода. Еще одной причиной запрета было желание талибов лишить оставшихся полевых командиров незаконных доходов.

 

 

Так, до этого, в 1998 году один из деятелей талибского правительства, который заявлял Ахмеду Рашиду, что «опиум разрешается, так как его употребляют неверные на Западе, а не афганцы и мусульмане. Крестьяне получают за мак хорошую цену. Если мы запретим им выращивать мак, они поднимут восстание против «Талибана». Кроме того, посевы мака, как и любой другой культуры, облагались налогом в 2,5% в пользу бедных («закят»), а с грузовиков, вывозивших наркотики за границу, могли взимать и до 20%.

 

 

После запрета талибам удалось достичь снижения производства наркотиков до критически низкого уровня, «посевные площади» опиумного мака на подконтрольных талибам территориях сократились на 95-99%. Крестьянские хозяйства, которые все же продолжали выращивание опиумного мака и производить наркотики жестко наказывались. Жестокость в борьбе с опиумным хозяйством впоследствии стала одной из причин падения талибского режима в 2001 году, когда племенные вооруженные формирования талибов просто отказывались вести боевые действия с «Северным Альянсом» и Соединёнными Штатами во время операции «Несокрушимая свобода», начатой международными силами в октябре 2001 года. После этого командование вооруженными формированиями «Талибана» осознало свою ошибку и больше не пыталась препятствовать выращиванию крестьянами опиумного мака.

 

 

Решение отказаться от борьбы с выращиванием мака было тоже не сказать чтоб особо хорошим, потому как с ходом времени вооруженные формирования талибов начали преследовать те же самые проблемы, что до 1996 года преследовали моджахедов и сейчас преследуют афганское правительство – разложение под влиянием коррупции с доходов от производства и продажи опиумного мака, которая активно влияет на превращение провинциальных советов талибов в земли, принадлежащие полевым командирам, состоящим в этих советах. Подобные процессы могут подтолкнуть талибов к переделу территорий после прихода к власти. Причем территории будут делится внутри своей же системы и так, как это любят делать все афганские политические силы – силой насилия и оружия.

 

 

Военнослужащий афганской национальной армии и афганский крестьянин, провинция Кандагар, 2015 год

 

 

Примерно с 2014 года полевые командиры талибов начали взымать с опиумных фермеров уже десятипроцентный налог, называемый «ушр». Талибы облагают перевозимый опиум и уже произведённый героин налогами, соответственно, как и все на подконтрольных им территориях. Политика обложения налогами экспортируемого опиума и продуктов его переработки связана с тем, что основная часть опиумоперерабатывающих предприятий принадлежит сейчас талибам, которые поняли, что переработка сырья на месте выгоднее, чем вывоз его за границу. Кроме того, опиумоперерабатывающие предприятия талибов последние несколько лет занимаются расширением спектра выпускаемой продукции, начав активное освоение рынка метамфетаминов.

 

 

Когда международные силы во главе с Соединёнными Штатами поняли какую связь имеет активизация активности талибов, производства наркотиков и рост коррупции в Афганистане, то провели масштабную операцию «Железная буря», в ходе которой использовались новейшие истребители F-22 «Raptor», бомбардировщики B-52 и даже крылатые ракеты «Tomahawk». Результаты операции были не то, чтобы успешны. Были уничтожены 69 лабораторий, часть из которых оказались пустыми сараями.

 

 

Одобрение талибам снискать получилось, но временно. После терактов 11 сентября 2001 года, когда правительство талибов отказалось выдать США лидеров «Аль-Каиды», находящихся на территории Афганистана. Результатом подобного демарша стало то, что уже 7 октября 2001 года началась операция «Несокрушимая свобода», проводимая международными силами во главе с Соединёнными Штатами в Афганистане, которая закончилась разгромом вооруженных формирований талибов и их уходом в подполье.

 

 

Политика международных сил в отношении афганского опиумного мака

 

 

После разгрома талибов перед международным сообществом встал вопрос о необходимости создания и легитимизации нового афганского правительства. И практически сразу же проявилась одна из главных проблем афганской государственности. Многие полевые командиры, воевавшие на стороне «Северного Альянса», не сказать, чтобы были лояльны центральному правительству в Кабуле. Это значило, что и их территории были не контролируемы новым афганским правительством. Проблема эта была решена просто — министерские посты, места в парламенте и важные посты в армии и полиции, особенно на местах, начали передаваться полевым командирам, которые, по данным западных наблюдателей, заполонили министерства и национальное собрание. Видимая простота этого решения позже принесла афганцам массу проблем.

 

 

Политика наделения полевых командиров властными полномочиями для закрепления этих территорий под властью афганского правительства впоследствии сыграет с афганской государственностью злую шутку. Многие из полевых командиров, став частью государственной системы, продолжили укреплять свое положение на местах, монополизируя власть в регионах, плодя вооруженные формирования и активно ведя предпринимательскую деятельность по выращиванию опиумного мака на территориях, принадлежащих им почти как вотчины.

 

 

Попытки модернизации и создания новой государственности не принесли порядка Исламской Республике Афганистан. Коррупция и наркоторговля при правительстве Карзая резко увеличились, ситуация не изменилась и во время президентства Ашрафа Гани. При Карзае наркобароны даже заняли ответственные посты, а главным из них и одним из самых богатых людей страны, был его брат — Абдул Каюм Карзай. Правительство Карзая практически сразу после прихода к власти начало деградировать, причиной чему стали те массы средств, выделяемых Соединенными Штатами в качестве поддержки, которые разворовывались, разлагая политические элиты и действующий административный аппарат  Республики.

 

 

Правительство Карзая фактически выродилось в клептократию, использующую преимущества власти для увеличения личного богатства и политического влияния, с помощью расхищения государственных средств, людьми, прямо связанными с выращиванием опиумного мака, и уже к 2006 году американские чиновники опасались, что наркоторговцы стали сильнее афганского правительства и, что доходы от торговли наркотиками идут на нужды талибов.

 

 

Подобные слова в интервью от 19 апреля 2016 года высказывал бывший агент Управления по борьбе с наркотиками Дуглас Ванкель, возглавлявший федеральную целевую группу по борьбе с наркотиками в Кабуле с 2004 по 2007 год: «Самой большой проблемой в Афганистане была коррупция и наркотики были ее частью. Вы не можете справиться с одним, не имея дела с другим». Многие из используемых в этом материале цитат взяты из расследования фактов растрат и коррупции, проведенных Офисом генерального инспектора США по вопросам восстановления Афганистана (SIGAR), которые впоследствии были отсужены в Федеральном суде Соединённых Штатов изданием The Washington Post. 

 

 

Сотрудники афганской национальной полиции вырубают мак в провинции Бадахшан, 2009 год (Юрий Козырев/Noor)

 

 

Всего, в период с 2002 по 2017 год, Соединённые Штаты согласно отчету Офиса генерального инспектора США по вопросам восстановления Афганистана (SIGAR) потратили около 1,46 миллиарда долларов на программы альтернативного развития сельского хозяйства и еще 938 миллионов долларов на уничтожение посевов опийного мака, но этот никак не повлияло на уменьшение посевов мака. 

 

 

Напротив, в этот период шел активный рост посевов опиумного мака, который изредка снижался по причинам, связанным лишь с климатическими условиями, болезнями или проблемами с почвой. Так, по данным Управления ООН по наркотикам и преступности на 2018 год на Афганистан приходилось до 87% мирового производства опия и амфетамина. Причиной этому служит незаинтересованность американских сил в борьбе с производством наркотиков, которые видели в опиуме лишь финансовую базу террористических организаций и только выделяли деньги на борьбу с ним, после чего эти средства передавались в ведение подрядчиков и афганского правительства, которые в лучшем случае пускали их не по назначению. Так, Мохаммед Эшан Зия, бывший министр восстановления и развития села Афганистана в своих интервью прямо обвинял Соединённые Штаты в развитии коррупции, говоря, что те, так в результате и не выработали подходящей стратегии и просто выбрасывали деньги на борьбу с выращиванием опиумного мака, полагаясь на мнение постоянной «карусели» экспертов: «Иностранцы читают «Бегущего за воздушным змеем» в самолете, считают, что они являются экспертами по Афганистану и никогда никого не слушают. Единственное, в чем они знатоки, — это разведение бюрократии».

 

 

Патрик Файн, который в то время работал директором миссии Агентства США по международному развитию в своем интервью от 5 декабря 2016 года рассказывал о том, как еще в начале нулевых планировались первые попытки борьбы с выращиванием опиумного мака – «Некоторые представители американского правительства и оборонного ведомства в 2004-2005 предлагали уничтожать мак или опрыскивать его химикатами, но это просто бедные крестьяне-фермеры, возражал я, и если мы будем относиться к ним как к врагам, то мы просто наживаем себе новых врагов в их лице. Если мы пытаемся стабилизировать положение в стране, то, наверное, мы не должны настраивать население против себя. Они выращивают здесь мак тысячу лет, и, если мы уничтожим их поля, мы их разорим».

 

 

Сотрудники афганской полиция на глазах у фермера уничтожают маковое поле в провинции Бадахшан в 2006 году (Паоло Пеллегрин/Magnum Photos)

 

 

Через пару лет подобные решения о том, чтобы не провоцировать местное население массовым уничтожением опиумного мака вскоре приведут к коллапсу новой афганской государственности из-за порожденной выращиванием мака, его обработкой и транспортировкой, а также торговлей наркотиками и повальной коррупции. К идее использования химикатов для уничтожения маковых полей пришлось вернуться. После долгих споров, президент Буш, в конце концов санкционировал их применение, что вызвало конфликт с афганским президентом Хамидом Карзаем. Причиной конфликта была не боязнь Карзая за то, что опрыскивание территорий химикатами приведет к экологическим проблемам, потому как он знал, что вещество, глифосат, которым собирались проводить опрыскивание было убийцей сорняков, используемым во всех Соединенных Штатах, Европе и даже в Афганистане (примечательно, что тут его часто использовали наркофермеры), а то, что опрыскивать предполагалось территории его племени.

 

 

Проблема роста посевов опиумного мака также была связана с существованием большого количества полулояльных проправительственных полевых командиров, о чем говорит в своей статье «Is Afghanistan a Narco-State?» от 27 июля 2008 года, написанной для издания The New-York Times бывшим помощником руководителя Бюро по международной борьбе с наркотиками и правоохранительной деятельности Государственного департамента США Томасом Швайхом. Как утверждает Швайх, «рост производства наркотиков мог быть объяснён тем, что международные силы до сих пор закрывали на него глаза, чтобы не портить отношения с местными полевыми командирами».

 

 

Это подтверждается рассказом Тодда Гринтри, бывшего сотрудника Госдепартамента, который был политическим советником вооруженных сил США в Афганистане с 2008 по 2012 год. «Возникло противоречие между борьбой с наркотиками и повстанческой деятельностью, потому что большая часть сельского населения зависела от доходов от производства опиума. Противоповстанческие операции, опирающиеся на поддержку населения, будут сорваны операциями по борьбе с наркотиками, которые были направлены на искоренение опиума. Мы всегда это обсуждали, но на уровне политики это противоречие осталось неуправляемым» — заявляет Гринтри.

 

 

Деятельность опиумного лобби разлагала афганское общество. Работавший в середине 2000-х в посольстве Соединённых Штатов в Афганистане Рональд Нойманн в дипломатической телеграмме от сентября 2005 года предупреждал Белый Дом и Государственный департамент, что «наркотики могут быть фактором, вызывающим коррупцию, чтобы поглотить зарождающуюся демократию в Афганистане. Многие из наших знакомых справедливо опасаются, что растущий сектор производства наркотиков может вывести афганскую коррупцию из-под чьего-либо контроля. Они опасаются, что огромное количество прибыли от выращивания, переработки и торговли опиумом может задушить законное афганское государство в его колыбели» — гласит часть текста телеграммы Нойманна.

 

 

Как пример тут можно привести историю из тех же интервью, рассказанную бывшем высокопоставленным британским чиновником, чье имя не было названо, о том, как военнослужащие Великобритании платили афганским фермерам за уничтожение ими урожая мака, однако это убедило фермеров в необходимости посадить еще больше мака в следующем сезоне. Позже американские военные уничтожили поля мака без каких-либо компенсаций, что привело фермеров в ярость и заставило их перейти на сторону «Талибана».

 

 

Военнослужащие британской армии на опиумной ферме в провинции Гильменд, 2014 год

 

 

Майкл Метринко, бывший американский дипломат, работавший в то время в посольстве в Кабуле, сказал, что эти результаты были предсказуемыми: «Афганцы, как и большинство других людей, вполне готовы принять большие суммы денег и пообещать все, зная, что вы уедете. Британцы приходили и раздавали денежные суммы, а афганцы говорили: «Да, да, да, мы собираемся сжечь их прямо сейчас», и британцы уходили. Тогда они получат два источника дохода от одной и той же культуры».

 

 

Такие же программы и с таким же результатом проводились представителями американского контингента в провинции Гильменд, являющейся одним из эпицентров производства опиумного мака. Командование американской армии платили афганским крестьянам, выращивающим мак, чтобы те выкапывали и ремонтировали километры каналов и канав для орошения сельскохозяйственных угодий. Как сообщается, целью этой программы было улучшение условий для выращивания фруктовых деревьев и злаковых, но результат ее был обратным. Каналы стали использоваться для орошения маковых полей, обрабатывать которые теперь стало легче и выгоднее. Точно так же представители Агентства США по международному развитию инвестировали миллионы долларов, чтобы заставить крестьян этой провинции начать выращивать пшеницу. Однако увеличив размер отводимых под пшеницу участков, крестьяне также увеличили количество полей мака, переместив их в другие районы Гильменда.

 

Когда командование американских войск поняло, что попытки заставить афганских крестьян заниматься легальным сельским хозяйством не возымели должного эффекта было принято решение о начале эксперимента с проведением силовых акций против опиумных фермеров. Бюро по международным делам о наркотиках и правоохранительной деятельности наняло небольшую армию из 1200 сотрудников частных военных компаний для борьбы с выращиванием мака, включая наемников из Южной Африки, ветеранов балканских войн и солдат гуркхов из Непала, которые должны были оказывать силовую поддержку сотрудникам бюро.

 

Один из таких сотрудников Бюро по международным делам о наркотиках и правоохранительной деятельности Рональд Макмаллен в устном историческом интервью рассказывал, что, когда он возглавил афганский офис, то был сбит с толку некоторыми приемами, которые использовала афганская полиция по борьбе с наркотиками. «Я был шокирован, узнав, что финансируемое США подразделение полиции по борьбе с маком вручную уничтожает афганские маки. Мы отправляли грузовик с полицией по борьбе с наркотиками на поле цветущих опийных маков, полиция выскакивала из грузовика, брала палки и гуляла по полю, колотя маки своими палками», — гласят слова Макмаллена.

 

Кроме того, по словам других сотрудников бюро и частных военных компаний фермермы нередко устраивали засады на них, обстреливая из стрелкового оружия и гранатометов, а также минируя подходы к своим угодьям. Постепенно от практики силовых акций отошли из-за отсутствия должного эффекта.

 

 

Ошибочность подхода международных сил и опиумные цифры

 

 

С чем же связано такая политика международных сил в отношении борьбы с производством и распространением наркотиков в Исламской Республике Афганистан? Одной из главных причин можно назвать то, что потоки афганского героина не доходят до Соединённых Штатов, у которых есть Мексика и Колумбия. Первоначально, Соединённые Штаты воспринимали производство наркотиков афганцами, как чужую проблему. Например, Великобритании, куда тогда шло до 40% афганского героина.

 

 

Кроме того, командование американских войск Исламской Республики Афганистан считало, что излишне активность в борьбе с выращиванием опиумного мака может еще более ухудшить отношение афганцев к американцам, что негативно скажется на главной цели американских войск в Афганистане — борьбе с вооруженными формированиями «Талибана» и союзной им запрещённой в России террористической организации «Аль-Каида».

 

 

Постепенно пришло понимание того, что выращивание опиумного мака негативно сказывается на построении нового афганского государства, стимулируя коррупцию и разлагая административный аппарат Исламской Республики Афганистан. Все отчетливее стала также проявляться связь между активностью талибов и ростом «посевных» опиумного мака, за счет которых шло их финансирование.

 

 

Сотрудники афганской национальной полиции охраняют маковое поле в провинции Кандагар, 2004 год (Дэвид Гуттенфельдер/AP)

 

 

Проблема заключается в том, что понимание это происходило так долго, что возможности бороться с проникшим во все слои общества выращиванием опиумного мака практически уже не было, а попытки, которые осуществлялись Соединёнными Штатами, Великобританией и Германией были настолько хаотичными и наивными, что не имели шансов хоть как-то повлиять на рост бизнеса афганских опиумных наркобаронов, многие из которых еще с начала 2000-х годов были частью нового афганского правительства или полевыми командирами вооруженных формирований «Талибана».

 

 

Сейчас Исламская Республика Афганистан доминирует на мировых рынках опиума. Оценки Управления ООН по наркотикам и преступности за 2018-2020 год говорят нам о том, что на его долю приходилось от 80% до 87% всего производимого героина. Кроме того, в 2018-2020 году афганские фермеры выращивали мак — растение, из которого получают опий для производства героина — на площади в четыре раза больше, чем в 2002 году. Общая доля доходов от выращивания опиума и производства наркотиков оценивается в колоссальную сумму до 55% ВВП Исламской Республики Афганистан, а выращиванием и производством наркотиков занимаются, по различным данным, от 300 до 600 тысяч афганцев. Около 20% их продукции через Среднюю Азию идут к нам в Российскую Федерацию.

 

 

Трафик афганского героина в инфографике информационного агентства Sputnik

 

 

Если вы думаете, что афганцы только производят опиум, но не потребляет его, то вы очень сильно ошибаетесь. По данным надзорных органов, в почти 5 миллионом Кабуле до 50% населения в той или иной мере употребляют наркотики, а до 10% являются наркоманами, употребляющими на постоянной основе. Распространённость наркотиков в афганском обществе можно связать, в том числе и с ценником на него, который даже по афганским является мизерным.

 

 

Вид на один из мостов Кабула, 2016 год

 

 

Кроме того, вам может быть известно, что афганская столица стоит на одноименной реке Кабул, которую по всему городу пересекают мосты. Эти мосты стали домом для тысяч постоянно живущих там в нечистотах, питающихся мусором и промышляющих мелкими кражами наркоманов. Еще одним таким же печально знаменитым местом являются выдолбленные бездомными наркоманами гроты-пещеры на свалке Мазари-Шарифе, где также живут, а скорее даже существуют, тысячи человек.

 

 

Представители Соединённых Штатов, стран Европейского Союза и правительство самой Исламской Республики Афганистан сообщают, что в связи с бурным ростом бизнеса, опиумная промышленность все больше и больше ужесточает свою удушающую хватку на афганскую экономику, коррумпировав большую часть афганской государственной системы и предоставив запрещённому в России движению «Талибан» огромный и постоянно растущий источник доходов, оцениваемый западными странами в более чем 200 миллионов в год.

 

 

Автор: Ильин Степан

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

Читайте нас на
Присоединяйтесь к нам на нашем канале!

Для того чтобы оставить комментарий, регистрация не требуется

Читайте также:

В Сирии взорвался автобус с военными || Итоги дня 04.08.2021 Влад Николаев Сирийское агентство SANA сообщило, что в Дамаске у армейского общежития в районе Масакин-эль-Харас взорвался автобус, который перевозил сирийских военнослужащих. По данным агентства, в результате взрыва погиб водитель […] На границе Израиля и Ливана произошло вооруженное столкновение Дмитрий Валюженич На границе Израиля и Ливана произошло вооруженное столкновение. В ответ на ракетный обстрел с ливанской территории, израильтяне нанесли артиллерийский удар.    Сегодня, 4 августа,  Израиль подвергся ракетному удару с […] Полицейский убит перед зданием Пентагона Григорий Май В результате жестокого нападения на глазах у сотрудников Министерства обороны США был убит полицейский. Он получил смертельные ножевые ранения, нападавший был застрелен правоохранителями, сообщило Агентство по охране […] Россия, Таджикистан и Узбекистан проведут военные учения у границы с Афганистаном Влад Николаев Вблизи таджико-афганской границы с 5 по 10 августа пройдут военные учения с участием военнослужащих из России, Таджикистана и Узбекистана. Внеблоковый Узбекистан (Россия и Таджикистан являются членами ОДКБ – Организации […] Политика , как способ удовлетворения сексуальных потребностей, или Грузинская мечта. Анатолий Матвийчук И так! Грузия  получила  обвинения От США и ЕС  в отходе от демократии и изменении внешнеполитического курса. В этих заявлениях содержится намек на то что  отношения к Тбилиси меняется . Это изменение вызвано выходом правящей […] Турция раскритиковала программу США по убежищу для афганцев Григорий Май Турция раскритиковала программу США по оказанию помощи афганским сотрудникам и предупредила о миграционном кризисе. Ранее правительство США объявило, что оно примет афганцев, которые работали на американских или связанных с […]
Наверх Наверх

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: